Неточные совпадения
Во владельце стала заметнее обнаруживаться скупость, сверкнувшая в жестких волосах его седина, верная подруга ее, помогла ей еще более развиться; учитель-француз был отпущен, потому что сыну пришла пора на службу; мадам была прогнана, потому что
оказалась не безгрешною в похищении Александры Степановны; сын, будучи отправлен в губернский город, с
тем чтобы узнать в палате, по мнению отца, службу существенную, определился вместо
того в полк и написал к отцу уже по своем определении, прося денег на обмундировку; весьма естественно, что он получил на это
то, что называется в простонародии шиш.
Все
те, которые прекратили давно уже всякие знакомства и знались только, как выражаются, с помещиками Завалишиным да Полежаевым (знаменитые термины, произведенные от глаголов «полежать» и «завалиться», которые в большом ходу у нас на Руси, все равно как фраза: заехать к Сопикову и Храповицкому, означающая всякие мертвецкие сны на боку, на спине и
во всех иных положениях, с захрапами, носовыми свистами и прочими принадлежностями); все
те, которых нельзя было выманить из дому даже зазывом на расхлебку пятисотрублевой ухи с двухаршинными стерлядями и всякими тающими
во рту кулебяками; словом,
оказалось, что город и люден, и велик, и населен как следует.
Он рассказал до последней черты весь процесс убийства: разъяснил тайну заклада(деревянной дощечки с металлическою полоской), который
оказался у убитой старухи в руках; рассказал подробно о
том, как взял у убитой ключи, описал эти ключи, описал укладку и чем она была наполнена; даже исчислил некоторые из отдельных предметов, лежавших в ней; разъяснил загадку об убийстве Лизаветы; рассказал о
том, как приходил и стучался Кох, а за ним студент, передав все, что они между собой говорили; как он, преступник, сбежал потом с лестницы и слышал визг Миколки и Митьки; как он спрятался в пустой квартире, пришел домой, и в заключение указал камень
во дворе, на Вознесенском проспекте, под воротами, под которым найдены были вещи и кошелек.
Теперь Алексей Александрович намерен был требовать: во-первых, чтобы составлена была новая комиссия, которой поручено бы было исследовать на месте состояние инородцев; во-вторых, если
окажется, что положение инородцев действительно таково, каким оно является из имеющихся в руках комитета официальных данных,
то чтобы была назначена еще другая новая ученая комиссия для исследования причин этого безотрадного положения инородцев с точек зрения: а) политической, б) административной, в) экономической, г) этнографической, д) материальной и е) религиозной; в-третьих, чтобы были затребованы от враждебного министерства сведения о
тех мерах, которые были в последнее десятилетие приняты этим министерством для предотвращения
тех невыгодных условий, в которых ныне находятся инородцы, и в-четвертых, наконец, чтобы было потребовано от министерства объяснение о
том, почему оно, как видно из доставленных в комитет сведений за №№ 17015 и 18308, от 5 декабря 1863 года и 7 июня 1864, действовало прямо противоположно смыслу коренного и органического закона, т…, ст. 18, и примечание в статье 36.
Но это его настроение держалось недолго. Елена
оказалась женщиной
во всех отношениях более интересной, чем он предполагал. Искусная в технике любви, она легко возбуждала его чувственность, заставляя его переживать сладчайшие судороги не испытанной им силы, а он был в
том возрасте, когда мужчина уже нуждается в подстрекательстве со стороны партнерши и благодарен женщине за ее инициативу.
А потому сей суд и полагает: означенное имение, ** душ, с землею и угодьями, в каком ныне положении
тое окажется, утвердить по представленной на оное купчей за генерал-аншефа Троекурова; о удалении от распоряжения оным гвардии поручика Дубровского и о надлежащем вводе
во владение за него, г. Троекурова, и об отказе за него, как дошедшего ему по наследству, предписать ** земскому суду.
Между
тем новый градоначальник
оказался молчалив и угрюм. Он прискакал в Глупов, как говорится,
во все лопатки (время было такое, что нельзя было терять ни одной минуты) и едва вломился в пределы городского выгона, как тут же, на самой границе, пересек уйму ямщиков. Но даже и это обстоятельство не охладило восторгов обывателей, потому что умы еще были полны воспоминаниями о недавних победах над турками, и все надеялись, что новый градоначальник
во второй раз возьмет приступом крепость Хотин.
Но летописец недаром предварял события намеками: слезы бригадировы действительно
оказались крокодиловыми, и покаяние его было покаяние аспидово. Как только миновала опасность, он засел у себя в кабинете и начал рапортовать
во все места. Десять часов сряду макал он перо в чернильницу, и чем дальше макал,
тем больше становилось оно ядовитым.
Эти обе бабы,
то есть Агафья и тетка ее, скажу вперед,
оказались во всей этой истории чистыми ангелами, а сестру эту, гордячку, Катю, воистину обожали, принижали себя пред нею, горничными ее были…
Впрочем, социализм с христианством смешивают, как
оказывается, не одни либералы и дилетанты, а вместе с ними,
во многих случаях, и жандармы,
то есть заграничные разумеется.
Тем не менее очень был рад, когда отворившая ему калитку Марфа Игнатьевна (Григорий,
оказалось, расхворался и лежал
во флигеле) сообщила ему на его вопрос, что Иван Федорович уже два часа как вышел-с.
Здесь нет места ни антиномии, с ее логическим перерывом, ни Тайне: беспримесный рационализм — вот обратная сторона
того всеведения или «гнозиса», которым мнил себя обладающим, по одним основаниям, Гегель, а по другим — Беме, почему он и
оказывается столь родственным по тенденциям современному «теософизму», оккультному или мистическому рационализму [Шеллинг дает такую характеристику «теософизма» Беме: «В третьем виде эмпиризма сверхчувственное сделано предметом действительного опыта благодаря
тому, что допускается возможное восхищение человеческого существа в Бога, а вследствие этого необходимое, безошибочное созерцание, проникающее не только в божественное существо, но и в сущность творения и
во все события в нем…
Оказалось, что он никогда не задумывался над
тем, что такое небо, что такое звезды. Объяснял он все удивительно просто. Звезда — звезда и есть; луна — каждый ее видел, значит, и описывать нечего; небо — синее днем, темное ночью и пасмурное
во время ненастья. Дерсу удивился, что я расспрашиваю его о таких вещах, которые хорошо известны всякому ребенку.
С женскими болезнями обращались в 1889 г. в лазарет не часто, всего 105 раз. Между
тем в колонии почти нет здоровых женщин. В акте одной из комиссий по продовольствию каторжных, в которой участвовал заведующий медицинскою частью, сказано, между прочим: «Около 70 % ссыльнокаторжных женщин страдают хроническими женскими болезнями». Случалось, что
во всей вновь прибывшей партии арестанток не
оказывалось ни одной здоровой.
Главною причиной такого благосостояния следует признать, вероятно, климат и почвенные условия, но я думаю также, что если пригласить сюда чиновников из Александровска или Дуэ и попросить их распорядиться,
то через год же
во всех трех Падях будет не 26, а 300 хозяев, не считая совладельцев, и все они
окажутся «домонерачители и самовольные» и будут сидеть без куска хлеба.
Бедность и недостаток
во всем поразительные: кроме ветхого стола и обрубка дерева вместо стула, никаких следов мебели; кроме жестяного чайника из керосиновой банки, никаких признаков посуды и домашней утвари; вместо постели кучка соломы, на которой лежит полушубок и вторая рубаха; по мастерству тоже ничего, кроме нескольких игол, нескольких серых ниток, нескольких пуговиц и медного наперстка, служащего вместе с
тем и трубкой, так как портной, просверлив в нем отверстие, по мере надобности вставляет туда тоненький мундштучок из местного камыша: табаку
оказалось не больше как на полнаперстка» (приказ № 318, 1889 г.).]
Во-вторых,
оказывается, что тут вовсе не было ни малейшего воровства-мошенничества даже со стороны Чебарова; это важный пункт даже и для меня, потому что князь давеча, разгорячившись, упомянул, будто и я
того же мнения о воровстве-мошенничестве в этом несчастном деле.
Но когда она
во второй раз
оказалась виноватою,
то было решено не допускать никаких послаблений.
Во всех этих веселостях Бурмакины приняли деятельное участие. Милочка совсем оживилась и очень умно распоряжалась своими туалетами. Платья, сшитые перед свадьбой, надевала в дома попроще, а московские туалеты приберегала для важных оказий.
То первое платье, которое было сшито у Сихлер и для московских знакомых
оказалось слишком роскошным, она надела на folle journйe к Струнниковым и решительно всех затмила. Даже Александра Гавриловна заметила...
Когда же милостию Божиею
тому делу начало было положено и приисканы люди для искания архиерея
во иных державах,
то дело в великой тайне оставили, опасаясь могущих возникнуть препон, каковые впоследствии и
оказались.
Спасович действительно своим тогдашним видом мог смущать даже и
тех, кто
оказался похрабрее Но этот устрашающий вид не помешал ему
оказаться экзаменатором если и не
во вкусе И.Е.Андреевского,
то весьма справедливым и нисколько не придирчивым.
Вена — самый женолюбивый город европейского юга, и например, Рим, если его сравнить с нею,
окажется во много раз если не целомудреннее,
то суше, сдержаннее.
Дюрталь думал найти в монастыре полный покой, а
оказалось, что «именно монастыри обуреваемы темными силами; там ускользают от них души, и они
во что бы
то ни стало хотят их покорить себе.
Но перед таким своим бессилием постепенно пришлось смириться: полная неизбежность всегда несет в себе нечто примиряющее с собою. Все-таки наука дает нам много силы, и с этой силою можно сделать многое. Но с чем невозможно было примириться, что все больше подтачивало
во мне удовлетворение своею деятельностью, — это
то, что имеющаяся в нашем распоряжении сила на деле
оказывалась совершенно призрачною.
Зато
во всех остальных отношениях всякое шпионство и взаимные жалобы совершенно не терпелись. В
тех случаях, когда какой-нибудь новичок приходил с жалобой или доносом, Рыхлинский немедленно вызывал виновного и производил строгое расследование. Если донос
оказывался верным, — следовало наказание: шла в ход
та же линейка или виновный ставился на колени. Но при наказании непременно должен был присутствовать и доносчик. Иной раз Рыхлинский спрашивал его...
— И на
то не даю слова! — начал он. — Если ваш муж действительно
окажется подорожным разбойником, убившим невооруженного человека с целью ограбления,
то я весь,
во всеоружии моей мести, восстану против него и советую вам также восстать против господина Тулузова, если только вы женщина правдивая. Себя вам жалеть тут нечего; пусть даже это будет вам наказанием, что тоже нелишнее.
Если б можно было упечь Феденьку куда-нибудь подальше, но так, чтобы это было прилично (ему часто даже
во сне виделось, что Феденька
оказался преступником и что его ссылают в Сибирь),
то он бы ни на минуту не усомнился оказать в этом деле все свое содействие.
То видится ему, что маменька призывает его и говорит:"Слушай ты меня, друг мой сердечный, Сенечка! лета мои преклонные, да и здоровье не
то, что было прежде…"и в заключение читает ему завещание свое, читает без пропусков (не так, как Митеньке:"там, дескать, известные формальности"), а сплошь, начиная с
во имяи кончая «здравым умом и твердою памятью», и по завещанию этому
оказывается, что ему, Сенечке, предоставляется сельцо Дятлово с деревнею Околицей и село Нагорное с деревнями, а всего тысяча сорок две души…
Но смею думать, что это только диалектические особенности, ибо, ежели резюмировать наши убеждения в кратчайшей форме, отрешив их от диалектических приемов, а особенно ежели взять
во внимание
те практические применения, которые эти убеждения получают, проходя сквозь горнило департамента, в котором мы оба служим,
то, право,
окажется, что вся наша полемика есть не что иное, как большое диалектическое недоразумение.
Когда он принялся работать,
то снял свой синий кафтан и
оказался в красной рубахе и плисовых штанах. Обивая в гостиной мебель и ползая на коленях около кресел, он весьма тщательно расстилал прежде себе под ноги тряпку. Работая, он обыкновенно набивал себе полнехонек рот маленькими обойными гвоздями и при этом очень спокойно, совершенно полным голосом, разговаривал, как будто бы у него
во рту ничего не было. Вихров заметил ему однажды, что он может подавиться.
Если им до его фельетона жилось спокойно,
то после него они стали притчей
во языцех, и
оказалось, что никому в Москве хорошо не жилось, кроме ростовщиков: им было все равно — пиши не пиши!
Бил я и на
то, что какая-нибудь скрытая связишка у бабы была; однако и семьяне, и весь мир удостоверили, что баба
во всех отношениях вела себя примерно; бил и на
то, что, быть может, ревность бабу мучила, — и это
оказалось неосновательным.
Между
тем для Дмитрия Борисыча питие чая составляло действительную пытку. Во-первых, он пил его стоя; во-вторых, чай действительно
оказывался самый горячий, а продлить эту операцию значило бы сневежничать перед его высокородием, потому что если их высокородие и припускают, так сказать, к своей высокой особе,
то это еще не значит, чтоб позволительно было утомлять их зрение исполнением обязанностей, до дел службы не относящихся.
— Дальше? Хорошо. Если желание сильно
то исполнение не замедлит. В одной со мной квартире жил студент, который принял
во мне участие и помог мне, года через полтора, сдать экзамены для поступления в медицинский колледж. Как видите, я
оказался способным человеком…
А если он представляет дело верно,
то каким бы тоном он ни говорил, к каким бы выводам он ни приходил, от его критики, как от всякого свободного и фактами подтверждаемого рассуждения, всегда будет более пользы, нежели вреда — для самого автора, если он хорош, и
во всяком случае для литературы — даже если автор
окажется и дурен.
Некоторую надежду на благоприятный ответ подает нам, во-первых,
то обстоятельство, что критики, противоположные нашему воззрению, не были особенно одобряемы публикой, и во-вторых,
то, что сам автор
оказывается согласным с нами, так как в «Грозе» мы находим новое подтверждение многих из наших мыслей о таланте Островского и о значении его произведений.
Раиса Павловна говорила это, конечно, неспроста: она ждала визита от Братковского. Действительно, он заявился к ней на другой же день и
оказался именно
тем, чем она представляла его себе. Это был премилый человек
во всех отношениях и сразу очаровал дамское общество, точно он был знаком сто лет.
— Теперь же
оказалось, что Корнилий Потапович действовал в пользу Колесина, которому
во что бы
то ни стало надо было устранить Савина со своей дороги, — заключила она.
— Увлекся, вроде как бы полюбил! Но теперь вижу, что напрасно я стараюсь ноль возвести в квадратную степень.
То была маска, вызвавшая
во мне фальшивую тревогу. Яркий румянец невинности
оказывается суриком, поцелуй любви — просьбой купить новое платье… Я взял ее в дом, как жену, она же держит себя, как любовница, которой платят деньги. Но теперь шабаш! Смиряю в душе тревогу и начинаю видеть в Ольге любовницу… Шабаш!
Санин в точности исполнил свое намерение и так искусно распорядился, что в день прибытия
во Франкфурт у него
оказалось ровно столько денег, сколько нужно было для
того, чтобы добраться до Петербурга.
Посредине большого двора, вымощенного гладким широким белым камнем, возвышалось куполообразное здание с ваннами и душами, и наши русские были очень удивлены, увидавши дам-европеек, которые выходили из своих номеров, направляясь в ванны, в легких кобайо, широких шароварах и в бабушах на босую ногу.
Оказалось, что это обычный костюм
во все часы дня, кроме обеда, к которому мужчины являются в черных сюртуках, а
то и
во фраках, а дамы — в роскошных туалетах и брильянтах.
Продолжался разговор о «Велизарии».
Оказывается, пароход принадлежит купцу Тихомирову, который, когда напьется, сгоняет капитана с рубки и сам командует пароходом, и
во что бы
то ни стало старается догнать и перегнать уходящий из Рыбинска «Самолет» на полчаса раньше по расписанию, и бывали случаи, что догонял и перегонял, приводя в ужас несчастных пассажиров.
— Кошки. Вот ваша записка: «Двенадцать белых кошек». Ну, так
во всем Тамбове только девять чисто белых
оказалось… И
то две кошки у просвирни взял, по рублю залогу оставил.
Во-первых, у Мальхен опять
оказалось накопленных сто рублей; во-вторых, репутация моя как тапера установилась уже настолько прочно, что из всех домов Фонарного переулка посыпались на меня приглашения. И в
то же время я был почтен от квартала секретным поручением по части внутренней политики.
Если
оказывается, что это самое единство, которое обнаруживается
во всех основных верованиях, восстает против
тех или других направлений,
то разве мы не вправе из этого предположить, что эти направления были в противоречии с основными принципами христианства?
Экзамены были сданы, и мы переезжали на дачу с легким сердцем людей, исполнивших свой долг. Скромные размеры нашего движимого имущества произвели невыгодное впечатление на нашего нового хозяина, который, видимо, усомнился в нашей принадлежности к касте господ. Впрочем, он успокоился, когда узнал, что мы «скубенты».
Во всяком случае, мы потеряли в его глазах по крайней мере процентов на двадцать. Другое неприятное открытие для нас заключалось в
том, что под самыми окнами у нас
оказался городовой.
Действительность не оправдала
тех надежд, с какими я шел в первый раз в редакцию «Кошницы». Во-первых, издателя не
оказалось дома, и «человек» не мог сказать, когда он бывает дома.
В одном месте была большая дыра
во льду. Между нижней ее кромкой и уровнем воды в реке
оказалось расстояние около метра. Я подошел к отверстию и увидел двух чирков, мирно проплывших мимо меня. Один из них все что-то искал в воде, а другой задержался рядом, встряхивал хвостиком и издавал звуки, похожие не
то на писк, не
то на кряканье.
Во-первых, мать давала ему денег ровно столько, сколько требовалось, чтоб не пропасть с голода; во-вторых, в нем не
оказывалось ни малейшего позыва к труду, а взамен
того гнездилась проклятая талантливость, выражавшаяся преимущественно в способности к передразниванью; в-третьих, он постоянно страдал потребностью общества и ни на минуту не мог оставаться наедине с самим собой.
Тогда и
окажется, что талант одного способен
во всей силе проявляться только в уловлении мимолетных впечатлений от тихих явлений природы, а другому доступны, кроме
того, — и знойная страстность, и суровая энергия, и глубокая дума, возбуждаемая не одними стихийными явлениями, но и вопросами нравственными, интересами общественной жизни.